«Хватит учить меня жизни, я такой, какой я есть!» — каждый из нас неоднократно слышал эту фразу.

Обычная картина: ссора близких людей. Один чем-то недоволен в действиях другого. Тот, в свою очередь, оправдывается и пытается перенести вину на собеседника: «Я делаю всё правильно, это ты не прав(а)!» В конце концов аргументы заканчиваются, и кто-то произносит эту самую фразу: «Хватит учить меня жизни! Или принимай меня такого(ую), какой(ая) есть, или…»

А теперь немного анализа. Если исходить из этой фразы, то получается такая картина: говорящий считает, что дошел до конечного уровня нравственного и умственного развития в жизни, дальше продвигаться не собирается и переубедить его невозможно.

В результате оба человека тупо зацикливаются на своих обидах, не желая достигнуть главной цели спора — достижения истины. Глупо? Конечно. Таким образом они остаются именно «такими, как были». А ведь стоит забыть о своём самолюбии буквально на пять минут, руководствоваться лишь объективным мнением, и ссора разрешится моментально!

Не будьте «такими, какие вы есть». Это шаг на месте. Всё равно что при собеседовании на работу сказать: «Я знаю то-то и то-то, и больше ничего. Но вам придётся взять меня на работу, потому что я такой, какой я есть».

Человек должен меняться. Каждый час, каждый день. Это замечательно. Иначе мы бы до сих пор бегали за мамонтами в шкурах. Если бы древние люди сказали: «Мы такие, какие мы есть…»

Если у тебя есть какое-то убеждение, или если ты просто считаешь, что какое-то утверждение верно — это одно. А если ты живешь по нему — это другое. Разные вещи: «понимать умом, что это так» и «чувствовать». Чувствовать — это намного более глубокое…

Мне когда-то очень понравилось выражение: «Ты никому ничего не должен. Тебе никто ничего не должен» (естественно, «Ты никому ничего не должен» — у этой фразы есть ограничения, она распространяется только на «долги» надуманные). А вот ощутить это по-настоящему…

Я раньше очень часто ждала, что кто-то будет поступать определенным образом. Или что-то :) И когда эти ожидания не оправдывались — расстраивалась. Понимая умом, что мне никто ничего не должен — все равно расстраивалась…

А сейчас — нет. Когда ни от кого ничего не ждешь, не будет никаких разочарований. Более того, когда события развиваются так, как хотелось бы — если ты этого ждешь, радость меньше. «Дела идут так, как и должны идти, что тут удивительного». А когда этого не ждешь специально — тогда радость гораздо сильнее…

Нельзя сказать, что я сейчас вообще ни от кого и ни от чего ничего не жду. Но гораздо, гораздо меньше, чем когда-то. Я раньше думала, что если ни от кого ничего не ждешь — это такая усталая разочарованная в жизни философия. А на самом деле, оказывается, ощущение от жизни, наоборот, более яркое, светлое, радостное, легкое…

Среди моих знакомых нет абсолютно открытых или закрытых людей. У каждого собеседника есть свой «шкаф со скелетом», в который лучше не соваться, перечень тем, на которые можно говорить бесконечно, и круг профессиональных интересов, в которых можно блеснуть эрудицией. И если последние два объекта открыты для всех — то в первый, по закону Мерфи, суются чаще, а следовательно и больнее всего…

Так о чем же молчат скелеты в наших шкафах? О безвозвратно ушедших счастливых минутах, которые сменились обыденностью бытовых забот; об ощущении затылком потолка в карьерном росте; о безнадёжной лени, пленяющей нас с годами и мешающей интересоваться всем вокруг… Есть и частности, к примеру о лысине или брюшке бывшего спортсмена, некомпетентности бывшего вундеркинда и так далее и тому подобное. О страхах говорить не любим, о болезнях (хотя тут встречал и совсем противоположные наклонности). Обиднее всего натыкаться на чужие табу, когда пытаешься произвести хорошее впечатление. Все старания — коту под хвост.

А ведь обойти эти скользкие темы просто — слушайте других и старайтесь понять, что им неприятно. И, если ваша «картотека чужих неприятностей» составлена умело и будет использоваться во благо, друзей у Вас прибавится вчетверо против настоящего.

Проверено. Работает. Удачи Вам!

Тема соперничества часто всплывает в терапии. Чаще у женщин. Мать-дочь, сестра-сестра, жена-любовница, любовница-жена, подруга-подруга и так далее. Что можно с этим сделать? У меня есть гипотеза, что соперничество проще всего прорастает на почве низкой внутренней дифференцированности. На почве спутанности внутренней, то есть.

Потому что сама-то по себе идея соперничества, если подойти к ней всерьез и сознательно — бредовая. Как можно одного человека сравнивать с другим? По каким критериям? С помощью каких шкал? У каждого свое место, и если тебе нравится мое место и не нравится свое, то — твори, выдумывай, пробуй, улучшай свою ситуацию. Я-то здесь ну ни разу ни при чем! Соперничество же предполагает некую путаницу: себя с кем-то.

Например, мать ревнует дочь к отцу. Это возможно лишь, если она не понимает, что место ее и дочери рядом с данным мужчиной — принципиально разные и даже — с непересекающимися областями. Одна — жена и любовница, другая — продолжение рода, дитя, пупсик. И если жена ревнует к дочери, то либо себя видит пупсиком и продолжением мужниного рода, либо — дочь свою видит женой собственного мужа и его же любовницей.

При выведении на сознательный уровень выкладки выглядят достаточно дико. В бессознательном виде и в слабой концентрации — они именно таковы.

Извечный вопрос: что делать? Повышать степень внутренней дифференцировки, например. Работать над развитием самосознания. Разбираться, кто ты, что ты, зачем ты здесь. Что любишь, как и зачем хотел бы делать то и не делать это. Помогают и самые вроде бы отвлеченные эксперименты — поразмышлять, какую больше любишь музыку, что любишь есть. Поэкспериментировать, какая больше нравится вода (на вкус и температуру, например). Присмотреться к себе в зеркало вообще… А идет ли стрижка? А не сменить ли стиль? А я ли это вообще?

Одно из простых и, тем не менее, эффективных упражнений, которые я в подобных или похожих случаях даю на дом: тактильные эксперименты. Методика была разработана еще для моей дипломной работы, здесь она сильно упрощена.

Попросту говоря — я прошу человека щупать все, попадающиеся под руку поверхности и текстуры и определять для начала одну простую вещь: нравится или нет. Да или нет. Честное слово, поначалу даже с этим ответом люди затрудняются! Один довольно большой начальник, получив такое задание, неделю ощупывал окружающий мир и признался, что, оказывается, много неприятных текстур вокруг. Еще через неделю отчетливо выделил натуральные поверхности, как более приятные. В третий раз я отправила его в… магазин «Ткани». Он сделал там кое-какие открытия :)

Видите, я не боюсь, что кто-то возьмет этот прием на вооружение. Берите на здоровье. Тема соперничества у меня давно проработана. Вы ведь всё равно не сможете пользоваться этим приемом так, как я! ;)

Если вас кто-то раздражает, подумайте, зачем ему это нужно. Речь об устойчивой реакции. Особенно — если человек раздражает не только вас, а большинство тех, с кем он так или иначе контактирует. Часто наше раздражение нужно человеку для того, чтобы раздражаясь, мы не успели почувствовать что-то еще до того. Он таким образом защищается от нас. Раздражая, он отвлекает наше внимание от чего-то в себе.

Как вариант: он раздражает нас, чтобы мы не успели:

• пожалеть его
• напугать его
• унизить его сочувствием
• и т.д.

Если раздражение — ваша сугубо индивидуальная реакция на данного человека, это другая песня. Ищите, от чего в себе вы защищаетесь, раздражаясь. На что в себе вы реагируете раздражением, реагируя на данного человека. Возможно, вы:

• боитесь его
• завидуете ему
• чувствуете себя неадекватно рядом с ним
• и т.д.

То есть, раздражаться потому, что раздражает — самый простой выход из подобной ситуации. Есть и второй план. И даже третий. И так далее :)

Это, кстати, к вопросу об изменениях.

Наверняка ничего нового. Просто сформулировалось что-то такое в работе, как обычно.

Часто же можно слышать что-то вроде «У меня все какое-то не такое, как у других»; «Вот бы и мне так! Но у меня так не получается!»; «Я вот не умею, как другие обращать на себя внимание (добиваться своего, быть таким наглым, так беззастенчиво врать, так нравиться мужчинам, и т.д.) Еще веселее, когда пожелания к внешнему миру как бы более конкретные: «Мне бы Васину силу воли!»; «Петину бы фигуру, Танину машину, Сережин рост и цвет лица. И, до кучи — Машино умение зарабатывать деньги!».

Тут одна есть забавная вещь. Почему зависть неэффективна? Потому, что я пытаюсь измерить своей линейкой чужие пространства. А нет такой линейки. Просто мне как бы кажется, что моя линейка — она универсальная. Вот она тебе — сила чужой воли, крепость мышц чужого брюшного пресса, толщина чужого кошелька и, конечно, красота и верность чужого мужа. А мое — оно все какое-то так себе. Сама я не волевая какая-то. Поэтому, разумеется, и живот никак накачать не могу и кошелек стакан всю дорогу полупустой и муж так себе. Хуже, чем у Маши. А то — и вовсе нету.

На самом деле, как мне кажется, это выглядит примерно так. Линейки, конечно, есть. Но у каждого — своя. И ею измеряется скорость собственного личностного роста. То есть — скорость движения к своим целям. К своим, а не к чужим. Отличие своих от чужих начинается с формулировок. Не «пресс, как у Маши», а «улучшить свою спортивную форму». Не «зарплата, как у Феди», а «научиться зарабатывать больше». Не «такая же тусовая жизнь, как у Васи», а «найти людей, с которыми мне будет интересно».

Завидовать :) на самом деле имеет смысл только одному: чужой скорости продвижения к целям. Это примерно так: «Тоже хочу развиваться так же быстро. Пойду и подумаю, что мне для этого надо сделать».

Завистники, кстати, обычно довольно пассивные люди. Потому, что собственное движение приостановлено. Ведь время и энергия уходят на то, чтобы примериваться к чужим достижениям.

Да, там с осознанием неэффективности зависти важно еще такую штуку понять: «всё в комплекте». То есть, этот конкретный «Лендровер» к этому конкретному прессу прилагался. И чтобы заработать то и другое, пришлось столько-то впахивать. И для этого — да, тренировать свою силу воли. Отдельно «Лендровер» получить нельзя. Тем более — конкретно этот :) Можно только вместе с прессом. Но для этого — год впахивать.

Смежная тема, видимо, ревность. Ну, это примерно то же, что зависть+проблемная самооценка. Чем хуже с самооценкой, тем ревность тяжелее.

А, вот еще что. А чтобы с самооценкой дела поправить, опять же — можно свою линейку проверить. Ну, или там — градусник. Есть ли движение вообще? Как с личными целями? С саморазвитием?

Любовь убивают ожидания. Ожидания, какая она будет в будущем, что и кто этому будет сопутствовать. Ожидания — это планы и представления о том, как все должно быть, и надежды, что все будет именно так, и страхи, что все будет по-другому. Представления говорят тебе, что положено делать, и ты беспокоишься, если все происходит иначе.

Любовь убивает мысль. Та самая мысль, которая пытается продлить любовь во времени, захватить этот классный момент и задержать его. Причем она сама не знает, что пытается это сделать, просто у нее работа такая — беспокоиться и пытаться обставить будущее наилучшим образом. Вот она все время зудит у тебя в голове, вовлекая в унылые блуждания по серому кругу.

Любовь убивает идеализация. Та самая идеализация, когда ты совмещаешь в своем уме образ с идеалом «твоего типа», в которого ты могла бы влюбиться. Пока ты на подъеме эйфории, ты не замечаешь, как мишура вновь созданного образа уже начала трескаться, и скоро прорастет разочарованием.

Любовь убивает жадность. Та самая жадность, которая возникает, когда ты считаешь, что тебя в ответ не любят, и сам ты в ответ начинаешь «угасать», потому что тебе уже «не выгодно вкладываться». Ты вроде помнишь, что это не бизнес, но ты уже забыл, как отдавать лопатку «просто так». И что любовь — не «за что-то», а ТОЛЬКО «просто так».

Любовь убивают границы. Границы, которые ты ставишь, чтобы удержать ее. Это твои условия, требования и упреки, правила и расписания. Ты связываешь ими того, кого любишь, а потом удивляешься, почему из твоей жизни исчезло чудо.

Любовь убивает время. То самое время, в которое ты поместил ее, и в котором ты ждешь от нее развития и результатов, ждешь длительности и стабильности, требуешь и алчешь. Чем больше ты ее добиваешься, тем дальше она от тебя. Потому что ты впустил ее в тупиковую улицу времени, которое все отнимает, и ничего не дает взамен. Ты убиваешь любовь, когда выдаешь ей паек времени, указываешь ей, когда она может и когда она не может появиться. Ты считаешь, что сейчас не время, ведь ты в туалете, а вот через час при свечах будет самое оно. Ты считаешь, что было время, когда ты любил, а сейчас совсем другое время. И ты ошибаешься — потому что это одно и то же время :)

Любовь убивает отсутствие спонтанности. Это — подготовка, обдумывание своих действий, оценка и взвешивание того, как ты повернулся, высказался, и как в следующий раз это сделать. Ты готовишь для нее все, передвигаешь кресла и стелешь новые простыни, выщипываешь брови, посещаешь солярий и подкачиваешь мужественный пресс, и когда ты, наконец, готов и открываешь ей после всех приготовлений дверь, ее там НЕТ. Потому что нельзя связать появление любви с чем-нибудь, что можно приобрести или достичь.

Любовь убивает пространство. То самое пространство, которое отделяет тебя от момента, когда появилась любовь, и то, в которое ты помещаешь себя теперь. Ты думаешь, что ты сейчас в другом месте, что тебе нужно предпринять что-то, чтобы вернуться обратно в первое. Ты воздвигаешь внутри себя небоскребы невидимых пространств, и уверяешь себя, что в одних из них любовь может жить, в других не может. И ты уже не видишь, что она и есть все эти пространства и перегородки между ними, и ты сам целиком. Но ты не найдешь любовь в пространстве, у нее нет «своего» места и адреса, и некуда двигаться.

Любовь убивает недоверие к себе. То недоверие, когда ты считаешь, что ты слишком «плох», чтобы тебя такого любили в ответ. Ты съеживаешься под пристальными взглядами, и все время жуешь жвачку мыслей «достоин-недостоин». Чем больше ты видишь себя, контролируешь себя, оцениваешь себя, тем меньше ты внутри любви. Вот когда ты отвергнешь себя… Хоть на мгновенье… Тогда…

Любовь убивает объектизация. Та самая объектизация, когда ты решаешь, что именно этот человек или объект дали тебе состояние любви. Тогда ты привязываешься к ним, направляешь всю мощь своей концентрации на них, тщательно изучаешь и анализируешь. И, разложив все по полочкам, тщательно взвесив каждую молекулу любимого, ты нигде не находишь любовь. Потому что любовь не вызывается объектами, она не имеет никакого отношения к человеку или месту.

Молитва Оптинских Старцев

Господи, дай мне с душевным спокойствием встретить все, что принесет мне наступающий день.
Дай мне всецело предаться воле Твоей Святой.
Во всякий час сего дня во всем наставь и поддержи меня.
Какие бы я не получал известия в течение дня, научи меня принять их со спокойной душою и твердым убеждением, что на все Твоя Святая воля.
Во всех словах и делах моих — руководи моими мыслями и чувствами.
Во всех непредвиденных случаях не дай мне забыть, что все ниспослано Тобою.
Научи меня прямо и разумно действовать с каждым членом семьи моей, никого не смущая и не огорчая.
Господи, дай мне силу перенести утомление наступающего дня и всех событий его.
Руководи моею волею и научи меня молиться, верить, надеяться, терпеть, прощать и любить.
Аминь.

Интерпретация

Господи, дай мне душевный покой, чтобы принимать то, что я не могу изменить,
Мужество, чтобы изменить то, что могу,
И мудрость — всегда отличать одно от другого.

Иногда самое трудное — понять, что нужно изменять, а что — нет. Браться ли за решение сложной задачи, которая кажется невыполнимой, опускаются руки; сказать: «А мне это нужно?» и спокойно жить, как раньше; или стиснуть зубы и идти вперед, даже если все окружающие утверждают, что твоя деятельность бессмысленна, что не стоит тратить столько сил на достижение цели, к которой и стремиться-то не следовало бы… Бороться ли с обстоятельствами, которые явно против тебя, или смотреть на все философски и принимать мир таким, каков он есть? Принимать ли близких людей такими, какие есть, со всеми достоинствами и недостатками, или стараться помочь им стать лучше, несмотря на их сопротивление?

Мне всегда казалось, что надо принимать людей такими, какие они есть. Со всеми достоинствами и недостатками. К недостаткам — быть терпимой, достоинства — ценить… Вот себя можно и нужно изменять к лучшему, со всей строгостью искоренять в себе недостатки — в первую очередь существенные, но по возможности и мелкие тоже. Теперь я начинаю понимать, что была неправа. Изменять к лучшему надо не только себя, но и других. Это не значит, что не нужно их принимать такими, как есть. Принимать нужно. И не нужно «насилия над личностью». Просто есть такое парадоксальное явление, которое я раньше не учитывала, хотя оно является частью нормальной человеческой психологии. У человека есть какой-то недостаток, какая-то слабость. Человек хочет от этого недостатка, от этой слабости избавиться. Но не находит в себе достаточно сил, чтобы сделать это. И когда кто-то пытается помочь ему в избавлении от этой слабости, человек, искренне желая от этого своего недостатка избавиться, тем не менее начинает сопротивляться.

Когда я училась в школе, мне всегда было трудно проснуться утром к первому уроку, а в университете — к первой паре. Я заводила два будильника с интервалом пять минут, утром будильники начинали меня в два голоса будить, я малодушно отключала звонок, переводила стрелку звонка чуть-чуть вперед: «Ну еще пять минуточек…». Через некоторое время будильник звенел опять. И все повторялось еще раз. Я снова переводила звонок «на пять минуточек вперед». В конце концов, я пришла к выводу, что так нельзя, что надо вставать сразу, не «досыпать». Но условный рефлекс уже выработался, и даже не желая того, я «на автопилоте» отключала будильник, даже если он стоял в другом конце комнаты: не просыпаясь, вставала, шла к будильнику, выключала его и ложилась снова. И иногда случалось так, что, отключив будильник, я засыпала, не включив его снова, и могла проспать. Я просила маму: «Буди меня по утрам». Мама заходила, пыталась меня будить — мягко, нежно, по-матерински. Я не просыпалась, только иногда сквозь сон говорила: «Не мешай спать!». Она расстраивалась и выходила из комнаты. В очередной раз проспав, я просила ее: «Не буди меня мягко! Толкай, тряси за плечо, добейся того, чтобы я проснулась!». Но ей было меня жалко.

Иногда человеку трудно бороться со своими слабостями. Тогда у него есть четыре выхода. Первый: изменить себя, выработать недюжинную силу воли, чтобы без труда справляться со своими слабостями. Но это под силу не всем. Второй путь: продолжать потакать своим слабостям. Но это, вообще говоря, малодушно. Третий путь: сделать так, чтобы слабости не имели возможности проявиться. В случае с будильником я так и сделала. Будучи «совой», я постаралась сделать так, чтобы на работу мне нужно было как можно реже вставать очень рано утром. Хорошо, что существует такая работа, которая начинается не раньше десяти часов утра… а иногда и в двенадцать часов, или в два часа дня, а иногда даже в шесть вечера.

А четвертый путь — найти человека, который будет помогать тебе справляться с твоими слабостями. Лучше всего найти его в самом себе. А если не можешь — тогда ищи его среди близких людей, друзей, иногда — среди врагов… враги иногда очень хорошо помогают бороться со слабостями, от которых ты хочешь избавиться :)

Так вот, если кто-то хочет избавиться от своего недостатка, тогда потакание этому недостатку со стороны близких людей — это медвежья услуга… Я раньше этого не понимала. Слишком сильно было неприятие чьих-то попыток переделать меня, склонить к какому-то поведению под предлогом «так тебе будет лучше», «тебе же добра желаю». Я очень не люблю, когда кто-то пытается навязать мне свое мнение, при условии, что у меня есть сложившееся мнение по этому поводу. Я могу понять чужую точку зрения. Могу изменить свою точку зрения, если приду к выводу, что она была неверной. Но когда мне навязывают что-то — я такого не люблю. И не люблю, когда кто-то встревает в мою жизнь, пытается меня переделывать против моего желания.

У меня было такое представление: я сама могу быть тем человеком, который поможет мне справиться с моими недостатками. Я вполне могу сама себя подстегивать. А если в какой-то момент жизни не могу, если мне нужно, чтобы меня кто-то подстегивал, влиял на меня, так я прямо об этом попрошу. Поэтому когда меня не просили о подобном, я и не делала этого. Принимала людей такими, каковы они есть. Со всеми достоинствами и недостатками. Мне казалось, что если взрослого человека «воспитывать» — это как-то не очень хорошо. Детей воспитывать можно (пока они поперек лавки лежат, а когда уже вдоль лавки — поздно). А взрослых — не стоит. Так мне казалось. Тем более что мой отец, очень мудрый человек, которого я очень уважаю, по отношению ко мне самой, насколько я помню, именно такую позицию и занимал. С тех пор, как я переросла возраст, в котором «лежат поперек лавки», он ни разу не попытался на меня насильно повлиять, внушить мне потребность поступать определенным образом (даже если был решительно не согласен с моими поступками). Он просто высказывал свое мнение, но влиять — не пытался. Предоставлял мне самой разобраться в ситуации, считая, что я уже достаточно взрослая и что у меня своя голова на плечах есть.

И я каждый раз разбиралась. И ему очень за это благодарна — за уважение ко мне как к личности, за то, что он научил меня думать самостоятельно, не только при решении школьных задачек, но и в каких-то жизненных ситуациях, при решении задач жизненных. Мне казалось, что и я сама должна так же поступать по отношению к людям взрослым. Из уважения к ним как к личностям.

И вот совсем недавно я поняла, что была неправа. Мне открыл глаза человек, которого я принимала таким, какой он есть. Мне сказали, что я была глубоко неправа, и что от моих действий — точнее, от бездействия — был вред. Что если видишь, что человек не справляется со своими недостатками — надо его менять, надо его воспитывать, «строить»…

Я подумала над этим. И пришла к такому выводу: даже если принимаешь человека таким, как есть, недостатки его принимать не нужно, с ними надо бороться. Это не мешает уважать самого человека как личность. Единственный сложный момент — понять, что нужно человеку на самом деле. Помочь ему разобраться в себе. Потому что многие вполне взрослые люди не знают, чего они хотят от этой жизни, к чему стремятся, на что направлена вся их деятельность… И когда человек поймет, чего хочет, надо помочь ему идти к этой цели. Даже если он будет сопротивляться :)

Главное — вести его не к той цели, к которой нужно тебе, а к той, которую человек поставил перед собой сам. К настоящей цели, а не к поверхностной (на примере будильника: поверхностная цель — «поспать еще пять минуточек», настоящая — «не проспать»; поверхностная цель обычно вытекает из слабостей человека, а настоящая — это то, чего он хотел бы на самом деле). Разумеется, если это близкий человек, которого ты уважаешь и уважаешь его цели.

Я попробовала так поступать. И по отношению к этому человеку, и по отношению к другим людям, слабостям которых я раньше потакала. Помогла им переосмыслить их собственные цели. И вот что странно. Раньше мне казалось, что попытка воздействовать на этих людей будет ими воспринята как неуважение к их личности. А сейчас оказалось — мне сказали спасибо за то, что я помогла по-другому взглянуть на цели, на настоящие цели, понять, чего человек хочет на самом деле. Фактически — за то, что я пыталась «воспитывать». Хотя я всегда считала, что воспитывать взрослого человека нехорошо… А теперь понимаю, что была неправа.

А вот с ситуациями разобраться сложнее. С некоторыми жизненными ситуациями я еще так и не разобралась. Стоит ли менять что-то, или принять ситуацию такой, как есть? Бороться или «смотреть философски»? Я не знаю. Но пытаюсь разобраться.

Как-то раз один человек вернулся поздно домой с работы, как всегда усталый и задёрганный, и увидел, что в дверях его ждёт пятилетный сын.

— Папа, можно у тебя кое-что спросить?
— Конечно, что случилось?
— Пап, а сколько ты получаешь?
— Это не твоё дело! — возмутился отец. — И потом, зачем это тебе?
— Просто хочу знать. Пожалуйста, ну скажи, сколько ты получаешь в час?
— Ну, вообще-то, 500. А что?
— Пап… — сын посмотрел на него снизу вверх очень серьёзными глазами. — Пап, ты можешь занять мне 300?
— Ты спрашивал только для того, чтобы я тебе дал денег на какую-нибудь дурацкую игрушку? — закричал тот. — Немедленно марш к себе в комнату и ложись спать!.. Нельзя же быть таким эгоистом! Я работаю целый день, страшно устаю, а ты себя так глупо ведешь.

Малыш тихо ушёл к себе в комнату и закрыл за собой дверь. А его отец продолжал стоять в дверях и злиться на просьбы сына. «Да как он смеет спрашивать меня о зарплате, чтобы потом попросить денег?»

Но спустя какое-то время он успокоился и начал рассуждать здраво: «Может, ему действительно что-то очень важное нужно купить. Да чёрт с ними, с тремя сотнями, он ведь ещё вообще ни разу у меня не просил денег». Когда он вошёл в детскую, его сын уже был в постели.

— Ты не спишь, сынок? — спросил он.
— Нет, папа. Просто лежу, — ответил мальчик.
— Я, кажется, слишком грубо тебе ответил, — сказал отец. — У меня был тяжелый день, и я просто сорвался. Прости меня. Вот, держи деньги, которые ты просил.

Мальчик сел в кровати и улыбнулся.

— Ой, папка, спасибо! — радостно воскликнул он.

Затем он залез под подушку и достал еще несколько смятых банкнот. Его отец, увидев, что у ребенка уже есть деньги, опять разозлился. А малыш сложил все деньги вместе, и тщательно пересчитал купюры, и затем снова посмотрел на отца.

— Зачем ты просил денег, если они у тебя уже есть? — проворчал тот.
— Потому что у меня было недостаточно. Но теперь мне как раз хватит, — ответил ребенок. — Папа, здесь ровно пятьсот. Можно я куплю один час твого времени? Пожалуйста, приди завтра с работы пораньше, я хочу чтобы ты поужинал вместе с нами.

Мораль

Морали нет. Просто хотелось напомнить, что наша жизнь слишком коротка, чтобы проводить её целиком на работе. Мы не должны позволять ей утекать сквозь пальцы, не уделяя хотя бы крохотную её толику тем, кто действительно нас любит, самым близким нашим людям.

Если нас завтра не станет, наша компания очень быстро заменит нас кем-то другим. И только для семьи и друзей это будет действительно большая потеря, о которой они будут помнить всю свою жизнь.

Подумай об этом, ведь мы уделяем работе гораздо больше времени, чем семье.